Май 30, 2017

Геннадий Корбан: Лазаренко считал, что Аксельрод его “развел”

Апрель 29, 2012    ИнтервьюРаспечатать эту статью

Геннадий Корбан: Лазаренко считал, что Аксельрод его “развел”

Единственное, о чем мечтал Аксельрод, — чтобы я закончил свои конфликты … Меня получить гораздо труднее, я передвигаюсь в бронированных автомобилях и не нахожусь в общественных местах. А Гена всячески отказывался от охраны. По этому поводу мы неоднократно имели с ним разговор. — А вас не тяготит такой образ жизни? — Это очень трудно — смотреть на мир через стекло бронированного автомобиля.

Главу компании “Славутич-Регистратор” Геннадия Корбана называют “рейдер № 1 в Украине”. Сам себя он характеризует как “конфликтолога”. Но разница в терминах не имеет почти никакого значения. Корбан известен как автор самых дерзких, грязных и одновременно виртуозных рейдерских захватов в Украине за последние 10 лет. В частности, он руководил конфликтами вокруг “Южного ГОКа”, “Днепрооблэнерго”, Никопольского завода ферросплавов.

Особенно много предприятий он захватил для владельца группы “Приват” Игоря Коломойского. Говорят, что впоследствии Корбан потребовал слишком много, и Коломойский отказался от его услуг.

Но сейчас известный “конфликтолог” хочет завязать с прежним бизнесом. К этому его подтолкнули финансовый кризис и смена власти в Украине. Но есть еще один фактор. Недавно в самом центре Днепропетровска был убит его лучшего друга Геннадия Аксельрода. Это уже второй друг бизнесмена, которого убили. Первым был Вячеслав Брагинский, на которого было совершено покушение в 2009 году.

Похоже, что сам Корбан и его ближайшее окружение до сих пор находятся в шоковом состоянии. Все они говорят, что было бы понятно, если бы очередное покушение совершили на самого “конфликтолога”. Но самое нелепое в этом покушении, что был убит его партнер, который, по словам самого Корбана, был только строителем, и старался не лезть в грязные дела. В отличие от того же Брагинского, который тоже активно принимал участие в корпоративных конфликтах.

Бизнесмен уже знает, кто заказал это убийство — он указывает на экс-премьера Украины Павла Лазаренко, которого сам Корбан свое время лишил большого количества бизнесов. Интересно, что он не называет это имя напрямую, а говорит о бывшего хозяина Украина “этот человек”. Что это — юридические хитрости (чтобы не разглашать тайну следствия) или не уважение, — не понятно.

Сейчас Корбан ищет исполнителя убийства, и всячески опекает семью погибшего Аксельрода. В частности, в день нашей встречи он оказывал юридическую помощь жене экс-партнера, к которой милиция пришла с обыском. Бизнесмен обещает, что завершит некоторые проекты, которые начал его друг.

“Заказчик этого преступления находится в США”

— Как движется следствие по расследованию убийства Геннадия Аксельрода?

— Как всегда, оно идет по ложным путям. В милиции работают пьяницы и непрофессионалы. Вместо того, чтобы заниматься настоящими версиями, они отрабатывают глупые, ненужные события, изымают какие-то документы по собственности.

Например, на второй день после трагедии они четыре часа продержали его супругу и дочку на допросе. Скажите, это нормально? Это же просто вопиющий непрофессионализм – психологический, человеческий.

— Может, это сознательные действия?

— Нет, это не сознательно. Они уже два года не слышат то, о чем мы им говорили. Ведь первое покушение случилось 17 сентября 2010 года, когда мы были с ним (Аксельродом – “ЕП”) вместе.

Из того, что я им озвучивал и просил сделать, не было сделано ровным счетом ничего. Они занимались фигней. Отрабатывали бытовые версии, версии связанные с внутренними отношениями. И не хотели сотрудничать с потерпевшими.

— Я читал, что в момент покушения в машине Аксельрода находились жена и дочка.

— Насколько мне известно, это не так.

— По вашему мнению, каковы истинные направления, по которым должно было бы идти следствие?

— Я не хочу озвучивать фамилии, но я знаю, что заказчик этого преступления находится в США, и сидит в тюрьме. Исполнителей, естественно, я знать не могу. Но надеюсь, что узнаю их имена.

— Вы не называете фамилии после того, как проиграли аналогичный иск (писали, что Лазаренко выиграл процесс против СМИ, которые обнародовали заявление Корбана о том, что это именно экс-премьер заказал покушение на него) ?

— Я не проиграл. Я выиграл все иски у того, о ком вы говорите, вместе с газетами. Проиграл тот человек. Если вам нужно решение судов, мы вам дадим копию.

— Почему вы тогда не хотите озвучивать его имя? Оно на устах, и это одна из распространенных версий.

— К сожалению, следствие это не рассматривает как одну из версий. Пока не рассматривает. Не хочу озвучивать, потому что не хочу.

— Настолько резонансное убийство (Аксельрода — ЕП), да еще в людном месте и с контрольным в голову – это сигнал?

— В исполнении этого убийства много непонятного. Хладнокровность подонка, которой стрелял, и одновременно, абсолютно некачественное оружие. Есть несостыковка, они явно планировали это преступление, но есть ощущение, что на него был выделен минимальный бюджет. Или кто-то успел растратить деньги, которые были “выделены” на предыдущий взрыв, а теперь просто “дорабатывал”. Мы ведем собственное расследование.

— Но это сигнал каким-то людям, в частности, вам?

— Да.

— Или это касалось исключительно его?

— Нет. На самом деле, меня просто достать гораздо тяжелее, поскольку я передвигаюсь в бронированных автомобилях и не нахожусь в общественных местах. С 2006 года у меня усиленные меры безопасности, и меня тяжело достать.

А Гена не считал, что он является фигурантом какой-то войны или какого-то заказа, поэтому всячески отказывался от охраны. По этому поводу мы неоднократно имели с ним разговор.

— А вас не тяготит такой образ жизни?

— Это очень тяжелый образ жизни. Это очень тяжело – смотреть на мир из-за стекла бронированного автомобиля.

— Когда наступила точка невозврата, когда вы уже не могли жить иначе?

— В 2006 году, после первого покушения. После этого я полностью поменял образ жизни.

“Гена был бесконфликтным человеком”

— Вы как-то поменяете свое направление в жизни после того, что произошло с Аксельродом?

— Поменять направление… можно только поменять теперь место жительства.

— Вы не собираетесь уезжать из страны?

— Может быть, и уеду. Не знаю.

— Вас отпустят прежние дела?

— Да.

— Вы когда-то сможете просто ходить по улицам без охраны?

— Когда-то смогу. Когда закончу с врагами…

— Классические убежища – Швейцария, Австрия, Израиль. В них безопаснее, или человека вашего рода деятельности уже нельзя спрятать?

— Я думаю, что там безопаснее. Там по другому принципу функционируют правоохранительные органы, и, наверное, даже иначе планируют свою деятельность преступные элементы. Там есть камеры, есть места, где тяжело спрятаться. Есть четкая и слаженная работа правоохранительных органов, а также гражданская ответственность тех людей, которые там живут.

Поэтому я думаю, что в этих странах тяжелее исполнить заказ. Хотя всякое может быть, но это тяжелее, дороже.

— В ваш адрес поступали звонки, угрозы?

— Нет, не поступало. Я знаю своих врагов в лицо.

— На вас началось давление со стороны прокуратуры, СБУ, милиции?

— Я не понимаю, что значит “давление”. Мне известно, что в последнее время я, Геннадий и Борис Филатов и наши сотрудники были фигурантами некого ОРД под названием “Агат”, которым занимался УБОП. Мы официально писали в министерство и прокуратуру о том, что мы видим, как за нами происходит слежка. Писали, что УБОПа направляет запросы в различные органы по нашим именам, по именам наших родственников – детей, отцов, жен. Но они нам давали отписки.

Вот, например, часть материалов, которые ходили в декабре 2011 в Генпрокуратуре по группировкам в Днепропетровской области. Первым пишут – Геннадий Корбан. “Розробляє схеми захоплення підприємств, має стійкі зв’язки з членами фінансово-промилових груп (ну, это правда, не отрицаю), що діють на території Дніпропетровської області і України в цілому, підтримує корупційні зв’язки в органах влади та правоохоронних, контролюючих та судових органах, створює діяльність іноземних офшорних компаній, які в подальшому причетні до привласнення активів захоплених підприємств”.

А дальше — Аксельрод. Это просто издевательство. Человек, который всю жизнь занимался недвижимостью, никогда не принимал участия ни в каких войнах, всегда критиковал меня за это. “Аксельрод Геннадій Илліч… створює та організовує роботу ряду СПД, які забезпечують належне ведення фінансово-бухгалтерської документації на підприємствах, які залучені до рейдерських схем”. Ну, в бухгалтерии он никогда ничего не понимал.

“У тому числі тих, що в подальшому використовуються як фіктивні підприємства з метою виведення активів захоплених підприємств на підконтрольні йому та Корбану ГО”. Написано “співорганізатор, активний учасник”. Это они просто сделали вывод, потому что я с ним завтракал, обедал и ужинал.

Борису Филатову, как известному в городе журналисту, эти идиоты приписали “влияние на общественное мнение в интересах региональной ОПГ”. И сделали его собственником двух телеканалов, один из которых принадлежит структурам “Привата”, а второй – структурам “СКМ”.

Скажите, это УБОП? Это милиция? Это профессионалы?

— Может случиться, что убийство Аксельрода на вас “повесят”?

— Да пусть вешают.

Просто удивляет, как при наличии оперативно-розыскного дела, где мы являемся фигурантами и находимся под колпаком милиции, происходит такое. Может, это сама милиция и сделала? Или слила информацию?

— По убийству Вячеслава Брагинского фигурировала информация, что его исполнил бывший работник милиции.

— К сожалению, то оказалась дезинформация. Исполнителей не нашли. Они просто палец об палец не ударили ни по этому делу, ни по покушению в “Пепперони”. Занимались глупостями, и занимаются до сих пор.

— Другие версии могут быть? Например, Аксельрод имел большие долги перед Леонидом Юрушевым.

— Не было у него долгов перед Юрушевым! Во-первых, банк “Форум” – не Юрушев. Это очень важный момент, потому что они схватились за эту версию, сделали ее чуть ли не основной. Это полная чушь.

Геннадий действительно имел долг перед банком “Форум”. Но это было уже после того, как Юрушев продал банк “Коммерцбанку”.

У Геннадия действительно есть решение суда, по которому банк хотел лично с него взыскать 3 млн 300 тыс долларов персонального долга. Это единственный долг, который за ним числился. Но взыскать этот долг невозможно, поскольку у Гены не было имущества, или формально у него его не было. Я его долгами занимался лично, и знаю это досконально.

Банк “Форум” просто судился в открытом режиме. Такое ощущение, что нам это было нужно больше, чем им. То есть, они не занимались тем, чтобы реально вернуть эти долги. Им, по-моему, все равно. Там акционер – “Коммерцбанк”. Когда нет хозяина, менеджменту особо не хочется возвращать долги, душу на это он класть не будет. Поэтому версия с банком “Форум” — ложная.

Также сейчас пошли версии, что это некие криминальные авторитеты, которые здесь в городе – Нарик, не Нарик, еще кто-то. Это тоже ложная версия. Потому что все криминальные авторитеты в этом городе уже давно переквалифицировались в управдомов. Они разве что хулиганов могут пугать.

Я не хожу, не даю показания. Но это не криминальные авторитеты и не банк “Форум”.

— А все другие варианты, которые могли быть?

— Гена вообще был бесконфликтным человеком. Он занимался тем, что строил недвижимость, торговые центры. Любил жизнь, общался с людьми, шутил.

Он был талантливым концептологом. Он построил “Менору” в Днепропетровске. Это самый большой еврейский центр. Это его концепт, его идея и его воплощение.

Он занимался исключительно мирным, созидательным бизнесом. Единственное, о чем он мечтал всегда, – чтобы я закончил свои конфликты. И пытался мне помочь закончить эти конфликты. Вот и все.

— Из того, кто пришел на кладбище проводить Аксельрода, можно делать какие-то выводы?

Самое известное здание Аксельрода -

Самое известное здание Аксельрода

— Нет, из этого никто не делает выводы. Кто-то смог, кто-то не смог, кто-то был заграницей. Можно сделать только один вывод, что Куличенко – полное г…но. Вот это можно сделать. Он был в городе, знал, и не пришел положить цветы. …

(показывает старые фото) Вот примерно так выглядели те места, которые отстроил Гена. Это центр города. Куличенко к этому вообще не приложил руки. Это были рынки — грязные, вонючие. Сейчас тут площадь выложена с фонарями, с лавочками, стоит торговый центр один, другой. Вид европейский.

— Тогда все-таки почему Аксельрод? Это послание вам?

— Нет, это не послание. Просто в конфликте с этим человеком он в один момент времени тоже принимал участие. И я думаю, что этот человек остался на него очень обижен.

“У него не все отобрали, это точно”

— Я обнаружил материал, посвященный Донець Наталье Григорьевне, которая когда-то работала на Лазаренко. В нем была фраза, что она обратилась за вашими услугами.

Павел Лазаренко - справа

Павел Лазаренко – справа

— Она обратилась не то что за услугами. В 2005-2006 году ее бывший партнер Павел Лазаренко начал отнимать то, что, он считал, принадлежит ему. И она обратилась ко мне за помощью через Гену. Мы помогли ей закончить этот конфликт. Она осталась довольна.

— Среди жителей Днепропетровска распространена точка зрения, что когда Лазаренко “закрыли” в Штатах, здесь оставалось очень много его бизнеса. Когда этот бизнес оказался бесхозным, появилось много людей, которые захотели его растянуть. И эти люди будут очень против, если Лазаренко захочет вернуться.

— Это очень обывательски, тривиально звучит. У него действительно осталось очень много имущества – в Днепропетровске, в Днепропетровской области, в Киеве и наверняка в других регионах.

На него тут до сих пор работает огромное количество людей. Об этом я неоднократно говорил правоохранительным органам, но они никак не реагировали. То есть, это достаточно структурированный бизнес.

Действительно, так получилось, что мы вошли с ним в конфликт, в том числе по этой собственности, которую когда-то он при помощи своих возможностей, будем так говорить, приобрел.

Это не бесхозная собственность. Здесь работает достаточно большая группа его сторонников. Часть из них сейчас перебазировалась в Киев. До сих пор существует его партия “Громада”, которую они перерегистрировали в Киеве. На данный момент она уже плохо финансируется, и явно теряет какой-либо потенциал.

Здесь у него живет родной брат – Лазаренко Иван, который занимается сельским хозяйством. Он был еще до недавнего времени заместителем в Днепропетровском областном совете. Парадокс. У него здесь сын, который занимается бизнесом. Теща — очень активная участница бизнеса.

— Руководителей много, или руководит кто-то один — сын, брат, теща?

— У них разные направления. Брат – полный идиот, круглый, даже квадратный. Он идиот настолько, что даже сам Паша ему никогда не доверял вести какие-то переговоры. Он не вяжет двух слов. Это “колхоз”. Поэтому брат, в основном, занимается где-то какими-то сельскохозяйственными объектами.

Сын его тоже не блещет никакими особыми способностями, и тоже занимается небольшим бизнесом.

Основную скрипку сейчас играет его теща, некая Тамара Цикова. Это новая теща. Он женился на другой женщине, на своей бывшей секретарше Оксане Циковой.

Естественно, есть некий конфликт даже внутри. Он не виден, не слышен. Но, естественно, семья Циковой пытается под себя подобрать все те остатки, которые у него здесь есть. И каким-то образом оттеснить старую семью.

— А как вы думаете, сам Лазаренко когда-нибудь вернется в Украину?

— Нет, никогда он не вернется в Украину. Я в этом уверен. Потому что в Генпрокуратуре существует 16 уголовных дел, два из которых – это убийства. Это убийство Щербаня и убийство Гетьмана.

— Вы думаете, это доказуемые вещи?

— Очень сложно это доказать. Но мы обладаем некой перепиской, где он дает указания своим подчиненным ездить и посещать тюрьмы людей, которые осуждены пожизненно за эти убийства. Он им передает приветы, деньги, продукты. Он дает указания – передать им то-то. Ему потом пишут отчеты: на билет в Луганскую колонию потратил столько-то, на постель потратил столько-то. Вопрос – зачем?

У меня нет знакомых, которые отбывают пожизненный срок в тюрьмах, мне нечего никому передавать. Зачем он это делает? Значит, он знает, почему он это делает. Вполне возможно, что те люди, которые отбывают пожизненные, никогда с ним не имели дела. А цепочка тех людей, которые имели с ним дело, прервана. И доказать эти убийства будет крайне сложно.

Поэтому он никогда не вернется в Украину. Никогда. Тем более, он там обосновался, там живет его жена. У него там родилось трое детей. Почему трое? Во-первых, дети в Америке по закону территории автоматически получают гражданство. Соответственно, он имеет право на воссоединение с семьей. Это существенный юридический фактор. Кроме того, есть еще какая-то поправка или правило, что если у тебя трое детей, то это достаточные основания, чтобы остаться в Америке.

Он никогда не получит американского гражданства, это факт. Осужденный в Америке по подобным статьям не-гражданин никогда не получит там гражданства. Но жить с семьей он там сможет. Либо там, либо в Канаде.

— А пользоваться доходами отсюда он сможет? Или доходами, которые находятся где-то. Я не верю, что у него все отобрали.

— Я тоже не верю. У него не все отобрали, это точно. Потому что доходы, которые он получает здесь, он в Америке не декларирует. Это доподлинно известно. То есть, имущество, которое существует здесь, оформлено на shell companies. Это бросовые компании, которые не показывают имущество и доход, где бы они ни были зарегистрированы.

Чтобы здесь спрятаться, он создал ряд нерезидентских компаний, которые являются просто владельцами. Доходы получает вся его местная банда, которая каким-то образом эти доходы перераспределяет. Какая-то часть, очевидно, идет семье в Америку, какая-то часть тратится на существование и поддержание всего этого сообщества.

— В чем тогда его мотив? Если основную часть денег он уже и не увидит. Должен быть веский мотив для убийства.

— Мотив у него есть. Потому что Гена пытался с ним вести мирные переговоры по конфликту, который у нас с ним был. И он успешно провел эти переговоры. И мы действительно на какой-то момент прекратили конфликт. Но потом конфликт начался заново.

Мотив… Я с Геной проводил максимальное количество времени каждый день. И это было видно. Мы вместе завтракали, вместе обедали, вместе ужинали, мы созванивались по 20 раз в день. И если даже кто-то следил, допустим, за мной, он видел, что этот человек достаточно близок.

А мотив – это то, что он считал и считает, что Аксельрод является одним из участников конфликта. Он остался недоволен тем мировым соглашением, которое у нас было. Он – это тот, кто сидит в США. Он считал, что Аксельрод его таким образом “развел”.

Корбан и Аксельрод вместе с Лучано Бенеттоном. Фото из кабинета Корбана

Корбан и Аксельрод вместе с Лучано Бенеттоном. Фото из кабинета Корбана

(в 2011 году, когда сдали в эксплуатацию торговый центр Пассаж, Аксельрод и Корбан хотели пригласить Лучано Бенеттона официально открыть магазин в Днепропетровске)

“Уверен, что Тимошенко к этому не имеет отношения”

— Знакомы ли вы с уголовным авторитетом “Матросом”, через которого якобы Тимошенко и Лазаренко заказали убийство Щербаня?

— Нет, не знаком и никогда не был знаком. Этот человек был в другом поколении.

— Вы что-то знаете про этого человека?

— Нет, ничего.

— А как вы оцениваете саму версию Генпрокуратуры об убийстве Щербаня?

— Считаю, это очень реальная версия. В том, что это сделал Лазаренко, у меня сомнений просто нет. Но я бы очень сильно усомнился в том, что Тимошенко имеет к этому отношение.

Другое дело, что Паша правда имел манеру распоряжаться деньгами подконтрольных бизнесменов. Он мог спокойно ей или Дитятковскому сказать: “Вот реквизиты, перечисли столько-то денег”. Но за что, и кому…

В то время это было очень просто. Это сейчас, если ты хочешь кому-то перечислить деньги, банки требуют документы, проверяют легальность компании и транзакции. А в 1990-х годах на Западе еще не было всех этих террористических вопросов, и можно было перечислять деньги кому хочешь, за что хочешь и без документов. Прибалтийские банки всегда были особенно лояльны к клиентам, они не задавали вопросов. Поэтому я допускаю, что Паша мог дать реквизиты и сказать: “Перечисли туда столько-то денег”. Уверен, что Тимошенко к этому не имеет отношения. Но это мое мнение. Есть следствие. Есть какой-то фактаж у них — пусть занимаются.

— В 2009 году в американский суд по Лазаренко вы прислали заявление, где рассказывали, что вы общались с Лазаренко, когда тот был под домашним арестом и не имел права общаться.

— Это правда. Это как раз именно тот период, когда я и Геннадий вели с ним так называемые мирные переговоры. Общались мы посредством того, что приходил либо его брат, который круглый идиот, либо какие-то адвокаты. Они его набирали с мобильного, он им перезванивал, и они давали трубку мне. Я это все говорил следователям. Но у меня такое ощущение, что они слышат другим местом.

— Как в США на это отреагировали?

— Мы подали все ходатайства прокурорам и в суд. Но суд уже был на стадии вынесения приговора, на которой не принимают свидетельские показания. Они их приобщили к материалам, но не рассматривали по существу.

— Как отреагировала еврейская община на убийство Аксельрода?

— Как она может отреагировать? Ну, возмутилась.

— Я так понимаю, это очень сильная и влиятельная группа.

— Группа?

Еще одно здание Аксельрода. Гостиница

Еще одно здание Аксельрода. Гостиница

— Или нет единства в еврейской общине?

— Еврейская община – это община. Это религиозная, общественная организация, нельзя это назвать группой. Там собраны влиятельные бизнесмены. В последнее время они сильно обнищали. Это не группа, которая обладает какими-то практическими возможностями. Это место, куда приходят, чтобы посвятить время религии и потереть разные майсы: кто что сказал, кто у кого занял, кто кому не отдал.

— Какие выводы вы сделали из предыдущих покушений: на вас, на Брагинского?

— Те же самые, что и сейчас. Брагинский активно принимал участие в конфликте с Лазаренко, в отличие от Гены. Он принимал активное участие в плане передела собственности, но тоже всячески отказывался охранять себя. Все это я изложил следственным органам, и неоднократно, и дал фамилии, и дал, кого нужно искать и как нужно искать, и какие факторы косвенно подтверждают мою версию. Но никто ничего не сделал.

— Может, они боятся чего-то?

— Да чего они боятся? Просто милиция у нас, к сожалению – самый неэффективный, самый коррумпированный и самый непрофессиональный карательный орган.

— А можно это подвести под юрисдикцию СБУ?

— Сложно. В СБУ, я считаю, работают более-менее порядочные люди – не продажные, не бессовестные окончательно, не пьяницы. Там есть офицеры, у них немножко другая выправка и другое отношение к вещам. Но криминальные вещи не попадают под их юрисдикцию. Чтобы подвести под их юрисдикцию, нужны какие-то особые распоряжения прокуратуры, чтобы они перенаправили следствие под контроль СБУ.

СБУ в состоянии раскрывать такие вещи, я считаю. Но для этого у них должна быть процессуальная возможность.

— А вы пробовали создавать такую возможность?

— Да, мы пробовали. Если вы помните, первое покушение на меня в 2006 году раскрыла именно СБУ. Был здесь начальник СБУ Карпенко. Он очень болезненно отнесся к этой ситуации, и каким образом забрал следствие под себя. Именно СБУ раскрыла это преступление, вплоть до Политковской почти. уже дальше передали российским спецслужбам все данные на чеченца, который находится в Москве, и уже обвинен по убийству Политковской.

— Он стрелял?

— Не стрелял, а организовывал фирму по заказу, диспетчер.

— В 2010, устроив взрыв в “Пепперони”, вас хотели убить или напугать?

— Нет, хотели убить. Заряда было достаточно, просто взрыв прошел рикошетом мимо, и меня только ранило. Если бы я сел на три метра ближе, мы бы с вами не разговаривали.

— Заряд не был прямо под вами?

— Нет. Меня отбросило в сторону.

— Вы больше в тот ресторан не ходите?

— Нет, не хожу.

— Оцените, пожалуйста, цитату: “Корбана пытались безуспешно склонить к финансированию предвыборной кампании Ивана Куличенко, команду которого усиленно формируют из донецких”. В частности, упоминается в этой связи некий авторитетный господин из Донецка по прозвищу “Резанный”.

Мэр Днепропетровска - Иван Куличенко

Мэр Днепропетровска – Иван Куличенко

— Первый раз слышу о таком “авторитете”. Во-вторых, я хочу сказать, что Корбан никогда не принимал, не принимает и не собирается принимать участия в политической жизни страны, города, села, чего угодно.

Тем более, Куличенко – это просто ничтожество. Это просто мразь и ничтожество. Гена за 10 лет сделал за этого человека просто неоценимую работу. А это ничтожество даже не пришло положить цветы, когда с ним прощались. Такое мое человеческое отношение, не политическое. Я не знаю, в какой он команде – “донецких” или не “донецких”. Мне абсолютно все равно.

— Вы объявили миллион награды за информацию об убийце. Зачем, если вы знаете заказчика?

— Я знаю заказчика, а хочу взять исполнителя. Потому что исполнитель даст мне процессуальную возможность прийти к заказчику. И эти деньги мы платим за исполнителя. Мы заплатим больше, если надо.

— Как вы можете гарантировать безопасность человека, который обратится к вам с информацией? Вас наверняка слушают со всех сторон.

— Мы можем гарантировать безопасность, поверьте. Если информация будет достоверной и поможет найти исполнителей, то поверьте — мы найдем все возможные пути, легальные и нелегальные, чтобы защитить такого человека. Но, к сожалению, в основном обращаются одни сумасшедшие, идиоты, просто больные люди, шизофреники. Мы можем показать вам письма, которые они пишут. Не о чем говорить.

— Борису Филатову, Мирону Сосновскому (в різні часи їх звали бізнес-партнерами Корбана — ЕП) угрожают?

— Никто никому не угрожает. Сосновский вообще не имеет и не имел к нам никакого отношения. Наоборот, сейчас расследуется дело в отношении того, что он стрелял в вертолет, в котором находился Филатов. Но это была просто пьяная выходка, за которую, я уверен, он понесет наказание по закону. Они живут на соседних участках, и Сосновский начал спьяну отстреливать, охотиться на вертолет. Ну идиот, обычная бытовуха.

Вторую часть интервью можно прочитать здесь

Метки: , ,








PHVsPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hZF9jb250ZW50PC9zdHJvbmc+IC0gdHJ1ZTwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2FkX2NvbnRlbnRfYWRzZW5zZTwvc3Ryb25nPiAtIDxzY3JpcHQgYXN5bmMgc3JjPVwiLy9wYWdlYWQyLmdvb2dsZXN5bmRpY2F0aW9uLmNvbS9wYWdlYWQvanMvYWRzYnlnb29nbGUuanNcIj48L3NjcmlwdD4NCjwhLS0g0J/RgNC10LTQv9GA0LjQvdC40LzQsNGC0LXQu9GMICjQkiDRgdGC0LDRgtGM0LUpIC0tPg0KPGlucyBjbGFzcz1cImFkc2J5Z29vZ2xlXCINCiAgICAgc3R5bGU9XCJkaXNwbGF5OmlubGluZS1ibG9jazt3aWR0aDo0NjhweDtoZWlnaHQ6MTVweFwiDQogICAgIGRhdGEtYWQtY2xpZW50PVwiY2EtcHViLTMyNzE1MzExMjk0MzQ3ODBcIg0KICAgICBkYXRhLWFkLXNsb3Q9XCIxOTc4NTgzNDQxXCI+PC9pbnM+DQo8c2NyaXB0Pg0KKGFkc2J5Z29vZ2xlID0gd2luZG93LmFkc2J5Z29vZ2xlIHx8IFtdKS5wdXNoKHt9KTsNCjwvc2NyaXB0PjwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2FkX2NvbnRlbnRfaW1hZ2U8L3N0cm9uZz4gLSBodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8yOS1yZXN0b3Jhbi1iaXMuanBnPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fYWRfY29udGVudF91cmw8L3N0cm9uZz4gLSBodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvZW50cmVwcmVuZXVyc2hpcC9wcmFjdGljZS9vcGVuLXJlc3RhdXJhbnQ8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hZF9oZWFkZXI8L3N0cm9uZz4gLSB0cnVlPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fYWRfaGVhZGVyX2NvZGU8L3N0cm9uZz4gLSA8c2NyaXB0IGFzeW5jIHNyYz1cIi8vcGFnZWFkMi5nb29nbGVzeW5kaWNhdGlvbi5jb20vcGFnZWFkL2pzL2Fkc2J5Z29vZ2xlLmpzXCI+PC9zY3JpcHQ+DQo8IS0tINCf0YDQtdC00L/RgNC40L3QuNC80LDRgtC10LvRjCAoVG9wKSAtLT4NCjxpbnMgY2xhc3M9XCJhZHNieWdvb2dsZVwiDQogICAgIHN0eWxlPVwiZGlzcGxheTppbmxpbmUtYmxvY2s7d2lkdGg6NDY4cHg7aGVpZ2h0OjYwcHhcIg0KICAgICBkYXRhLWFkLWNsaWVudD1cImNhLXB1Yi0zMjcxNTMxMTI5NDM0NzgwXCINCiAgICAgZGF0YS1hZC1zbG90PVwiODAyNTExNzA0OVwiPjwvaW5zPg0KPHNjcmlwdD4NCihhZHNieWdvb2dsZSA9IHdpbmRvdy5hZHNieWdvb2dsZSB8fCBbXSkucHVzaCh7fSk7DQo8L3NjcmlwdD48L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hZF9oZWFkZXJfaW1hZ2U8L3N0cm9uZz4gLSBodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8yOC1yZXN0b3Jhbi1iaXMtcy5qcGc8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hZF9oZWFkZXJfdXJsPC9zdHJvbmc+IC0gaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL2VudHJlcHJlbmV1cnNoaXAvcHJhY3RpY2Uvb3Blbi1yZXN0YXVyYW50PC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fYWRfbGVhZGVyYm9hcmRfZjwvc3Ryb25nPiAtIHRydWU8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hZF9sZWFkZXJib2FyZF9mX2NvZGU8L3N0cm9uZz4gLSA8b2JqZWN0IHdpZHRoPVwiNzI4XCIgaGVpZ2h0PVwiOTBcIiBjb2RlYmFzZT1cImh0dHA6Ly9kb3dubG9hZC5tYWNyb21lZGlhLmNvbS9wdWIvc2hvY2t3YXZlL2NhYnMvZmxhc2gvc3dmbGFzaC5jYWIjdmVyc2lvbj02LDAsMjksMFwiIGNsYXNzaWQ9XCJjbHNpZDpkMjdjZGI2ZS1hZTZkLTExY2YtOTZiOC00NDQ1NTM1NDAwMDBcIj48cGFyYW0gdmFsdWU9XCIvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy84LTUtNzI4eDkwYS5zd2ZcIiBuYW1lPVwibW92aWVcIj48cGFyYW0gdmFsdWU9XCJoaWdoXCIgbmFtZT1cInF1YWxpdHlcIj48ZW1iZWQgd2lkdGg9XCI3MjhcIiBoZWlnaHQ9XCI5MFwiIHR5cGU9XCJhcHBsaWNhdGlvbi94LXNob2Nrd2F2ZS1mbGFzaFwiIHBsdWdpbnNwYWdlPVwiaHR0cDovL3d3dy5tYWNyb21lZGlhLmNvbS9nby9nZXRmbGFzaHBsYXllclwiIHF1YWxpdHk9XCJoaWdoXCIgYmdjb2xvcj1cIiNmZmZmZmZcIiBzcmM9XCIvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy84LTUtNzI4eDkwYS5zd2ZcIj48L29iamVjdD48L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hZF9sZWFkZXJib2FyZF9mX2ltYWdlPC9zdHJvbmc+IC0gaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvOC01LTcyOHg5MGEuanBnPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fYWRfbGVhZGVyYm9hcmRfZl91cmw8L3N0cm9uZz4gLSBodHRwOi8vYXJ0ZXhtZWRpYS5jb20udWE8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hbHNvX3NsaWRlcl9lbmFibGU8L3N0cm9uZz4gLSB0cnVlPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fYWxzb19zbGlkZXJfaW1hZ2VfZGltZW50aW9uc19oZWlnaHQ8L3N0cm9uZz4gLSAxMTU8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19hbHRfc3R5bGVzaGVldDwvc3Ryb25nPiAtIGRlZmF1bHQuY3NzPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fYXJjaGl2ZV9wYWdlX2ltYWdlX2hlaWdodDwvc3Ryb25nPiAtIDE1MDwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2FyY2hpdmVfcGFnZV9pbWFnZV93aWR0aDwvc3Ryb25nPiAtIDE1MDwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2F1dG9faW1nPC9zdHJvbmc+IC0gdHJ1ZTwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2NhdF9tZW51PC9zdHJvbmc+IC0gdHJ1ZTwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2NvbnRhY3RfcGFnZV9pZDwvc3Ryb25nPiAtIDEzNjQ8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19jdXN0b21fY3NzPC9zdHJvbmc+IC0gPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fY3VzdG9tX2Zhdmljb248L3N0cm9uZz4gLSBodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy9mYXZpY29uLmljbzwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2V4Y2VycHRfZW5hYmxlPC9zdHJvbmc+IC0gdHJ1ZTwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2ZlYXR1cmVkX2ltYWdlX2RpbWVudGlvbnNfaGVpZ2h0PC9zdHJvbmc+IC0gMzcwPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fZmVhdHVyZWRfc2lkZWJhcl9pbWFnZV9kaW1lbnRpb25zX2hlaWdodDwvc3Ryb25nPiAtIDc1PC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fZmVhdHVyZWRfdGFnPC9zdHJvbmc+IC0gPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fZmVhdHVyZWRfdGFnX2Ftb3VudDwvc3Ryb25nPiAtIDU8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19mZWVkYnVybmVyX3VybDwvc3Ryb25nPiAtIDwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2dvb2dsZV9hbmFseXRpY3M8L3N0cm9uZz4gLSA8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19oaWdobGlnaHRzX3Nob3c8L3N0cm9uZz4gLSB0cnVlPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29faGlnaGxpZ2h0c190YWc8L3N0cm9uZz4gLSBwcmFrdGljaGVza2l5LXNvdmV0PC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29faGlnaGxpZ2h0c190YWdfYW1vdW50PC9zdHJvbmc+IC0gMzwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX2hpZ2h0bGlnaHRzX2ltYWdlX2RpbWVudGlvbnNfaGVpZ2h0PC9zdHJvbmc+IC0gNzU8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19sb2dvPC9zdHJvbmc+IC0gaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMzItMzAtbG9nby5wbmc8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19tYW51YWw8L3N0cm9uZz4gLSBodHRwOi8vd3d3Lndvb3RoZW1lcy5jb20vc3VwcG9ydC90aGVtZS1kb2N1bWVudGF0aW9uL3RoZS1qb3VybmFsLzwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX25hdl9leGNsdWRlPC9zdHJvbmc+IC0gPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fcmVjZW50X2FyY2hpdmVzPC9zdHJvbmc+IC0gIzwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX3Jlc2l6ZTwvc3Ryb25nPiAtIGZhbHNlPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fc2hvcnRuYW1lPC9zdHJvbmc+IC0gd29vPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fc2luZ2xlX3Bvc3RfaW1hZ2VfaGVpZ2h0PC9zdHJvbmc+IC0gMzUwPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fc2luZ2xlX3Bvc3RfaW1hZ2Vfd2lkdGg8L3N0cm9uZz4gLSAyOTM8L2xpPjxsaT48c3Ryb25nPndvb19zbGlkZXJfaGVhZGluZzwvc3Ryb25nPiAtINCf0L7RgdC70LXQtNC90LjQtSDQv9GD0LHQu9C40LrQsNGG0LjQuDwvbGk+PGxpPjxzdHJvbmc+d29vX3RoZW1lbmFtZTwvc3Ryb25nPiAtIFRoZSBKb3VybmFsPC9saT48bGk+PHN0cm9uZz53b29fdXBsb2Fkczwvc3Ryb25nPiAtIGE6MjU6e2k6MDtzOjY1OiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8zMy1mYXZpY29uLmdpZiI7aToxO3M6NjU6Imh0dHA6Ly9wcmVkcHJpbmltYXRlbC5jby51YS93cC1jb250ZW50L3dvb191cGxvYWRzLzMyLTMwLWxvZ28ucG5nIjtpOjI7czo2NToiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMzEtMzAtbG9nby5wbmciO2k6MztzOjYyOiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8zMC1sb2dvLnBuZyI7aTo0O3M6NzA6Imh0dHA6Ly9wcmVkcHJpbmltYXRlbC5jby51YS93cC1jb250ZW50L3dvb191cGxvYWRzLzI5LXJlc3RvcmFuLWJpcy5qcGciO2k6NTtzOjcyOiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8yOC1yZXN0b3Jhbi1iaXMtcy5qcGciO2k6NjtzOjcyOiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8yNy1yZXN0b3Jhbi1iaXMtcy5qcGciO2k6NztzOjcwOiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8yNi1yZXN0b3Jhbi1iaXMuanBnIjtpOjg7czo3MDoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMjUtcmVzdG9yYW4tYmlzLmpwZyI7aTo5O3M6NzA6Imh0dHA6Ly9wcmVkcHJpbmltYXRlbC5jby51YS93cC1jb250ZW50L3dvb191cGxvYWRzLzI0LXJlc3RvcmFuLWJpcy5qcGciO2k6MTA7czo3MDoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMjMtcmVzdG9yYW4tYmlzLmpwZyI7aToxMTtzOjY1OiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8yMS0xNS1sb2dvLnBuZyI7aToxMjtzOjY1OiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8xOC1mYXZpY29uLmdpZiI7aToxMztzOjY2OiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy8xNy1mYXZpY29uMi5naWYiO2k6MTQ7czo2NToiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTYtZmF2aWNvbi5naWYiO2k6MTU7czo2MjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTUtbG9nby5wbmciO2k6MTY7czo2MjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTQtbG9nby5wbmciO2k6MTc7czo2MjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTMtbG9nby5wbmciO2k6MTg7czo2MjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTItbG9nby5wbmciO2k6MTk7czo2MjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTEtbG9nby5wbmciO2k6MjA7czo2MjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvMTAtbG9nby5wbmciO2k6MjE7czo2MToiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvOS1sb2dvLnBuZyI7aToyMjtzOjY2OiJodHRwOi8vcHJlZHByaW5pbWF0ZWwuY28udWEvd3AtY29udGVudC93b29fdXBsb2Fkcy84LTUtNzI4eDkwYS5qcGciO2k6MjM7czo2NjoiaHR0cDovL3ByZWRwcmluaW1hdGVsLmNvLnVhL3dwLWNvbnRlbnQvd29vX3VwbG9hZHMvOC01LTcyOHg5MGEuanBnIjtpOjI0O3M6NjY6Imh0dHA6Ly9wcmVkcHJpbmltYXRlbC5jby51YS93cC1jb250ZW50L3dvb191cGxvYWRzLzgtNS03Mjh4OTBhLmpwZyI7fTwvbGk+PC91bD4=